История создания
 Структура
 Организационные    принципы
 Персоналии
 СМИ о ПФК
 Кинопроцесс
 Мероприятия
 Статьи и проекты
 Премия ПФК
 Лауреаты
 Контакты
 Фотоальбом



  Андрей Звягинцев о своем новом фильме  

Осенью 2013 года Андрей Звягинцев («Возвращение», «Изгнание», «Елена») приступает к съемкам нового фильма «Левиафан». О своих планах знаменитый режиссер рассказал корреспонденту «Известий».

— Какой будет ваша следующая картина? На каком вы сейчас этапе?

— Можно сказать, в самом начале работы. В середине июля мы с Александром Роднянским запустили новый проект. Меня вдохновляет, что Роднянский очень высоко оценил этот замысел. Это будет современная драма с рабочим названием «Левиафан». Съемки следующей осенью. Олег Негин, мой давний друг и соавтор сценариев «Изгнания» и «Елены», только что закончил первый драфт текста сценария. Месяц назад мы завершили работу по выбору натуры. Искали ее долго и широко: от Пскова до Владимира, от Ярославля до Орла, даже до Белоруссии добрались. Объездили более 70 городов. Искали заброшенный, провинциальный городишко, место, откуда постепенно уходит жизнь. Нашли такой на севере страны, в 2 тыс. км от Москвы.

— Что такое «Левиафан»? Мифологическое чудовище? Есть детектив Акунина с таким названием.

— Точно не акунинский. Снимем — увидите. 

— Кто из актеров сыграет у вас?

— Я никогда не знаю заранее, кто будет сниматься в фильме. Это всегда поиск. Еще не бывало так, чтобы я хотел снять какого-то конкретного актера и сочинил бы историю под него, как это делают, я знаю, некоторые режиссеры. Хочется найти малоизвестных актеров, которые идеально бы соответствовали персонажам нашей истории. Но будет как будет. Как вышло в «Елене» с Леной Лядовой, например? Я ведь знал ее давно. Она озвучивала Веру в «Изгнании», читала стихотворение Одена в переводе Бродского в новелле «Апокриф». Но когда мы искали актрису на роль Катерины в «Елене», мне и в голову не пришла ее кандидатура. Смотрели многих, и вдруг как-то раз заходит к нам Лядова, ее пригласила ассистент по актерам. Я совершенно спокойно отнесся к этому визиту. Скажем так, без энтузиазма. Хорошо, думаю, давайте попробуем. Мы беремся за сцену в кафе, там, если помните, жесткий диалог с главной героиней фильма, первое появление Катерины. Пробуем сцену, и с первого же дубля Лядова делает это так, что понятно: идеальное попадание в персонаж. Как я мог не подумать о ней раньше?

— Как вы считаете, почему «Елена» при таком успехе в Америке не была представлена от нас на «Оскар»?

— Вопрос не ко мне. Это ведь не мое решение, а российского оскаровского комитета (от России на «Оскар» выдвинут «Белый тигр» Карена Шахназарова. — «Известия»).

— Не кажется ли вам, что каждый ваш фильм тормозят?

— Не думаю. Мне неизвестны истинные мотивы, которыми руководствуются отборщики. Они же их не публикуют. Надеюсь, комитет исходит из каких-то объективных соображений, стратегических в том числе, ведь речь идет о престиже страны. Там, возможно, учитывают разные аспекты, скажем, что локальная история может и не попасть в шорт-лист, не говоря уже о победе, а попасть может кино большого стиля, серьезное, масштабное. Возможно, комитет решает в пользу того или иного фильма, исходя из тех причин, что американская академия с большей охотой станет смотреть и может высоко оценить что-то подобное, а не локальную, довольно скучную историю про двух пенсионеров.

— А ваше «Изгнание»?

— Не уверен, что американские академики дотянули бы в просмотре до конца завязки. Азия, Россия и, наверное, кинематографическая Европа еще могут смотреть фильмы, в которых события разворачиваются так же медленно, как в «Изгнании». Фильмы, которые не спешат удивлять какими-то неожиданными сюжетными поворотами. Американская же аудитория давно уже привыкла к стремительному развитию спрессованных событий. Именно фокус-группа в США решила судьбу моей новеллы «Апокриф» из киноальманаха «Нью-Йорк, я тебя люблю». Обыкновенные зрители сказали, что всё там очень и очень медленно разворачивается и, главное, совершенно непонятно, о чем повествуется. Продюсеры, услышав такое мнение, изъяли мою новеллу из альманаха.

— Вас часто приглашают в жюри на кинофестивали. Охотно соглашаетесь?

— Первое время и довольно долго я считал, что не имею права судить чужие фильмы и не буду этого делать никогда. А потом понял простую вещь: это ведь всего-навсего высказывание мнения, и только; мой голос тут всего лишь один из числа других. По сути дела, всё это лотерея. Кто-то считает свой фильм сильным, где-то он уже побеждал, а в этом составе фильмов, среди других 12 картин была такая, которая оказалась сильнее твоей. Ну разве такое невозможно? Или же чужая картина сильнее воздействовала именно на этих членов жюри. Были бы другие и, вероятно, ситуация сложилась бы по-другому.

— Многие снимают кино, которое называют фестивальным, до проката оно не добирается, а ваши фильмы и по фестивалям хорошо идут, и в прокате.

— Никакого секрета нет. Просто прокат — это тоже серьезная работа. И её нужно делать. Продюсер, который считает, что его работа закончена в тот день, когда получена из лаборатории эталонная копия фильма, не может рассчитывать на хорошие показатели проката. С другой стороны, вы прекрасно знаете, что в кинотеатры ходит в основном молодежь от 14 до 25 лет. Ждать от такой аудитории интереса к серьезному, как вы его называете, фестивальному кино не приходится. У «Елены» показатели в кинотеатрах были не такими уж высокими, скажу я вам. Собственно говоря, продюсер картины Александр Роднянский знал заранее, что так примерно и будет. Хотя после первой недели проката сказал, что реальность все же превзошла ожидания: такой непростой фильм прошел в кинотеатрах достаточно хорошо. Но, с другой стороны, только представьте себе: в огромной России фильм посмотрело вдвое меньше зрителей, чем, например, во Франции. Я говорю сейчас только о кинотеатральной аудитории. Знаю, что огромное количество людей в России посмотрело «Елену» не в кинозале, а по телевизору. И это на сегодня реальность российского проката. С этим что-то нужно делать. Необходимо думающую, взрослую аудиторию возвращать в кинотеатры. Вот только как это сделать? Я не знаю. Возможно, знает министр культуры.

— После побед на крупных кинофестивалях, когда о вас заговорил весь мир, вам легче, в отличие от большинства режиссеров, найти деньги на съемки нового фильма. Продюсеры, наверное, в очередь к вам выстраиваются?

— Это заблуждение. Где они? Покажите, дайте мне их адреса. Почему-то считается, что «Звягинцев живет в Париже», «отмахивается от предложений, потому что у него на 10 лет вперед всё расписано». Ничего подобного. Я сижу в Москве и жду, когда смогу реализовать свои замыслы. Я слышал, будто бы у продюсера Романа Борисевича на творческой встрече во ВГИКе спросили, почему он не работает со мной, и тот ответил: «Звягинцев — очень дорогой, у него всегда большие бюджеты». Да, наверное, можно недоумевать, что такая локальная история, как «Елена», почему-то вышла у нас в $2,5 млн. Не сомневаюсь, что кто-нибудь снял бы ее, скажем, за $700 тыс. Это зависит от поставленной задачи. Нам для решения своих творческих задач потребовались значительно большие средства, потому что мы решили строить в павильоне декорации обеих квартир, потому что на площади в 1,2 тыс. кв. м вывешивали под потолком павильона такое количество света, которое могло бы нам заменить дневное солнце, потому что использовали в фильме музыку одного из выдающихся композиторов современности (Филипп Гласс. — «Известия»).

Сейчас на «Левиафане» у нас будут еще более серьезные задачи со строительством декорации на натуре в сложных природных условиях, больший хронометраж, серьезная экспедиция, компьютерная графика. Ну, давайте перестанем снимать сложно-постановочные фильмы. Давайте все вместе будем снимать на фотоаппарат двух актеров в одной комнате. Этак мы с вами доснимаемся до мышей. Разве нет? Видел публикацию в CINEMOTIONLAB о 12 самых провальных российских фильмах минувшего года. Там нет ни одного с бюджетом ниже $3,5 млн. В основном это $6 млн, иной раз $11 млн или $15 млн, и есть даже один за $19 млн. Я ничего не слышал о большинстве из них. Их будто бы и не существует. Поэтому, когда говорят, что мои фильмы дороги в производстве, мне как-то даже смешно.

Светлана Мазурова, "Известия"

 

Часть вторая. "Что у вас в багаже?"

Уже после нашей беседы с кинорежиссером пришла приятная новость из Америки: газета The New York Times включила "Елену" Андрея Звягинцева в десятку лучших фильмов 2012 года. Фильм по-прежнему идет в американских кинотеатрах и на сегодняшний день собрал $ 233 380 на 6 экранах. Что ж, тем интереснее наша беседа: ведь мы говорили не только и не столько о книге, сколько о том, что вокруг...

Андрей, как родилась ваша книга? Вы ведь не сами ее писали?

Андрей Звягинцев: Конечно, нет. Но это и не "Малая земля" за именем Брежнева, которую писал совершенно другой человек. Нет, я лишь редактировал собственные слова, расшифрованные с диктофона. Под этой обложкой две беседы. Первая состоялась в 2007 году. Это была встреча со студентами, часа четыре мы говорили о фильмах "Возвращение" и "Изгнание". Я там впервые подробно говорил о смыслах, лежащих в основе их замыслов. Спустя год издатель прислал мне расшифровку этой беседы. Я взялся редактировать, и вскоре понял, что вынул оттуда живую речь, ответы стали слишком причесанными. Я "отмотал" всё назад, и уже редактировал текст совсем незначительно. Так в 2009 году вышло первое издание этой брошюры. Издатель сказал, что оно быстро разошлось, и вскоре выпустил второе. А в этом году третье издание дополнили новой беседой - о фильме "Елена". Беседа эта очень подробная и составляет почти половину объема брошюры.

А вот действительно объемная книга, и даже две, выйдут вскоре. Одна из них - в издательстве Ирины Прохоровой "НЛО". Это сборник статей, инициированный преподавателем ВГИКа Людмилой Клюевой. В нем будет представлен обширный материал практически обо всех моих картинах. Статьи написаны студентами-киноведами, аспирантами творческих вузов, эстетиками кино и кинокритиками. Вторую книгу - "История создания фильма "Елена" - на русском и английском языках выпустит британское издательство "Cygnnet". Там впервые будет опубликован сценарий фильма, а также переписка с продюсером Оливером Данги, с которым мы начинали работу над проектом, дневник работы над фильмом и другие любопытные материалы.

Вас часто спрашивают на встречах: режиссером нужно родиться или на него можно выучиться?

Андрей Звягинцев: Научить ремесленным навыкам, конечно же, можно. Ведь даже заяц стучит на барабане. Но научить быть художником, поэтом, мне кажется, нельзя. Как в Литературном институте вас не научат стать Трифоновым или Битовым. Поэтами рождаются. Любой добросовестный мастер скажет вам это. В учебном заведении можно лишь попасть в концентрированную среду, в необходимую творческую атмосферу, которая поможет тебе отыскать в себе самом этот дар поэта. Как раз это-то и важно: опробовать, отточить свои способности, развить их. Человек рождается каждый со своим даром, и может даже не знать об этом. Заслуга мастера в том, что он углядел этот огонь раньше вас самих и дал ему возможность разгореться. Из учебного класса выходят и ремесленники, и поэты. Первых значительно больше именно потому, что нельзя научить поэзии. Она звучит в душе сама, без посредников.

Сколько есть примеров, когда люди без специального образования становились выдающимися режиссерами: Тарантино, Трюффо, Эрик Ромер… Мне кажется, начинающим, молодым людям обязательно нужно читать много хорошей литературы, она формирует настоящий вкус и стиль. Смотреть много кино. Для этого все возможности у молодого поколения есть. Изучать историю живописи. Слушать не только леди Гагу, а лучше бы классическую, серьезную музыку, именно она формирует чувство формы, ритма. Все это нужно любить, искренне желать этих встреч с прекрасным. Без настоящей тяги к этому, без жизненного опыта разочарований, неразделенной любви, взлетов и падений - нельзя начинать. Так, пробу пера разве. А серьезный шаг, первый настоящий фильм стоит начинать, имея за плечами багаж. Режиссура - дело зрелое.

Когда вы почувствовали, что вы - режиссер?

Андрей Звягинцев: Когда я учился в ГИТИСе на актерском факультете, в Москве открылся Музей кино, где ежедневно крутили огромное количество фильмов. И я просто "подсел" на это, ходил туда как на учебу и смотрел, очень много смотрел. Не могу сказать, что я уже думал о том, что стану режиссером, хотя в 92-ом мечтал снять короткометражку, мне казалось, я знаю, как ее сделать. Но по-прежнему мечтал о кино "с другой стороны" - в качестве актера. Тут меня выгнали из служебной квартиры, где я жил, работая дворником. Начались тяжелые времена. Надо было как-то зарабатывать на жизнь. Я дерзнул, позвонил своему товарищу, который в это время уверенно снимал музыкальное видео и рекламу. "Дай мне шанс, помоги снять рекламу. Я могу это сделать", - попросил я. И вскоре сложилось так, что я снял свой первый ролик о мебельном салоне. Я бывал на съемочной площадке, и не раз, снимался в каких-то незначительных эпизодах, а тут понял, что сегодня буду произносить на площадке новые для меня слова: "Мотор! Камера!"… Потом были еще и еще ролики. А в 2000 году продюсер RenTV Дмитрий Лесневский предложил мне снимать кино - пусть короткое, 25-минутное (сериал "Черная комната"), но я был абсолютно счастлив. У меня никаких сомнений не было - смогу ли, получится ли… Помню только радость, счастье, которое свалилось, как снег на голову. А если отвечать прямо на ваш вопрос: "когда я почувствовал, что я режиссер?" - скажу вам: меня это чувство пока еще не посещало. Я только учусь им быть.

Какое кино вам нравится смотреть как зрителю?

Андрей Звягинцев: Я смотрю разное кино - от братьев Дарденн или экспериментального "кино не для всех" до Джеймса Кэмерона. Меня может впечатлить и "Титаник", и "Темный рыцарь", и "Кинг Конг" какой-нибудь. Мне активно не нравятся первые 25-30 минут "Кинг Конга" (такой непритязательный комикс, чувствуется, что сам режиссер ждет не дождется появления главного героя), но в фильме есть поразительные сцены с этим главным персонажем, сделанные с огромной любовью и профессионализмом, замечательный финал на крыше Empire State Building. Если человек снимает коммерческое кино и делает это с полной отдачей, если он искренен и обожает то, что делает, - это видно сразу и не может тебя не захватить.

А каких российских режиссеров из нового поколения назовете?

Лозница, Мизгирёв, Сигарев, Хомерики - ценю и уважаю их труд.

Имя Звягинцева и сериалы - это несовместимо? Предлагают ли вам телеканалы сделать какую-то экранизацию?

Андрей Звягинцев: Этим летом мне предлагали запуститься с экранизацией на телевидении, и я даже всерьез думал о предложении, но тут - к моей огромной радости - случился запуск нашего нового совместного с Александром Роднянским проекта "Левиафан".

Я не считаю, что сериалы - это плохо, а большое кино - всегда хорошо. Бывают и фильмы ужасные и сериалы - качественные. Тут, правда, есть оговорка: все-таки условия, которые диктуют сегодня телеканалы на сериальном производстве, довольно жесткие. Тебе дают несколько недель на подготовительный период, а у тебя, скажем, классика, обязательная реконструкция эпохи. Чтобы соответствовать таким темпам, нужно чтобы киноиндустрия была в здоровом состоянии. Когда ты приходишь в реквизиторский, костюмерный цеха или в мебельные мастерские, и там тебе могут предоставить сразу множество качественных вещей или предметов на выбор. У американцев есть целые города, в которых, поменяв только вывески, можно снимать, скажем, 50-е или 60-е годы. У нас этого нет. Мы каждый раз всё начинаем с нуля. Именно поэтому, чтобы всем сторонам ждать качественного кино, группе требуется достаточное время и на подготовку, и на съемку.

И потом, всё ведь зависит от конкретного материала. Иные вещи можно сделать только в телевизионном формате. У меня есть одна такая идея, жду возможности ее реализации. Полгода назад мы с продюсером Александром Роднянским практически запустились с этим проектом, но история всерьез зависла на этапе покупки авторских прав на произведение. Я надеюсь, рано или поздно этот вопрос будет разрешен, и мы снимем фильм, который будет существовать в двух форматах одновременно: большого фильма и телевизионной версии, разбитой на несколько глав-серий.

Светлана Мазурова, "Российская газета"


Комментарии


Пользователем Антуфьева Лидия Борисовна было прокомментировано
15 Января 2014 в : 22:25
Я живу в Мурманске.Мне 62 года.Всю жизнь работала в библиотеке.Кино обожаю с детства.Смотрела все фильмы Андрея Звягинцева. Его кино, как глоток свежего воздуха.Жду его новый фильм. Боюсь не увижу на широком экране.У нас в Мурманске прокатывают только коммерческое кино.К сожалению не удалось посмотреть в кинотеатре "Изгнание","Елену".Смотрела в кинотеатре "Возвращение".Удачи!
Оставить комментарий:


Символом * отмечены поля, обязательные для заполнения.
Copyright © 2006-2017. ПФК. All rights reserved.