История создания
 Структура
 Организационные    принципы
 Персоналии
 СМИ о ПФК
 Кинопроцесс
 Мероприятия
 Статьи и проекты
 Премия ПФК
 Лауреаты
 Контакты
 Фотоальбом



  Возвращение Бабы-яги  

Закончив последние дела с русской мафией, неосмотрительно потревоженный ею киллер Джон Уик с подпольной кличкой Баба-яга (Киану Ривз) намеревается вернуться на пенсию, чтобы печально выгуливать новую собачку и смотреть на фотографию покойной жены. Оружие и золотые монеты он заново закапывает в подвале, и в этот момент раздается звонок. На этот раз прошлое, от которого не скрыться, материализуется в виде вальяжного итальянца (Риккардо Скамарчо), представителя каморры в Нью-Йорке: он, как принято у итальянцев, пришел с предложением, от которого нельзя отказаться.

Два года назад бывший каскадер Чад Стахелски неожиданно сорвал банк,  дебютировав в режиссуре бесконечно развлекательным боевиком про целеустремленного убийцу в идеальном костюме. Вскоре объявили, что «Джон Уик» будет как минимум трилогией, хотя доподлинно неизвестны планы ни Киану Ривза (у которого Стахелски работал дублером в «Матрице»), чью забуксовавшую к пятидесяти годам карьеру «Уик» основательно встряхнул, ни самого Стахелски, который в ближайшем будущем вроде бы собирается реанимировать бессмертного «Горца». Но во что бы ни превратилась франшиза в дальнейшем, пока все хорошо: сиквел лишен будоражащей свежести первого фильма, но во всем прочем ему как минимум не уступает.

Вместо русских теперь, к сожалению, итальянцы — за исключением длинного пролога, который, по-хорошему, можно было и выбросить. Мы бы лишились удовольствия увидеть Петера Стормаре за столом с золотой табличкой «Абрам Тарасов» и десяток смертей (по меркам «Уика» — чепуха), но для развития истории эти десять минут ничего не добавляют. Разве что кратко пересказывают предыдущую серию, включая анекдот про трех человек, которых Джон убил в баре кара… — на этом месте один из собеседников морщится: «Да-да, карандашом, знаю, знаю»; и правда ведь знаем. С типичным для фильма мягким юмором карандаш еще раз всплывет — точнее, воткнется — ближе к финалу.

Все, конечно, помасштабнее: если первый фильм черпал  вдохновение в дешевых и сердитых неонуарах (в первую очередь в картине Джона Бурмана «В упор»), то второй не боится уже цитировать бондиану — кульминационная перестрелка среди зеркал явно отсылает к финалу «Человека с золотым пистолетом». Не говоря уже про пуленепробиваемые костюмы и прочее. Часть действия происходит в Риме, где, как выясняется, есть собственный филиал отеля «Континенталь» (за управляющего там Франко Неро, достойная пара Иэну МакШейну). Как, опять же, случалось у Бонда, подручные главного злодея колоритнее его самого: так, немую телохранительницу итальянца играет лесби-икона Руби Роуз, женщина яркая. Пару неплохих взбучек герою задает рэпер Коммон. С особым удовольствием, по понятным причинам, Стахелски устраивает Ривзу встречу с Лоренсом Фишберном.

И конечно, такое количество подмигиваний — и самому себе образца двухлетней давности, и другим — не очень пристало серьезному джентльмену. В первом фильме черный юмор был разбавлен сентиментальностью, тоже, впрочем, несколько издевательской: нам все время напоминали, что человек уничтожил половину Нью-Йорка из-за украденной машины и убитого щеночка. Здесь мотивы Уика более прагматические — ему просто надо выжить. И освободившееся время авторы тратят на то, чтобы более  подробно — слишком подробно, может быть, — показать придуманный ими мир организованной преступности, которая еще никогда не была такой организованной. Дополнительно расширена метафора этого мира как Аида, подземного царства (консьержа «Континенталя» зовут Харон; к слову, немую телохранительницу — Арес): в Риме герой спускается в катакомбы, в Нью-Йорке — в захваченные бездомными коммуникации метро. Забавно придуманы детали того, как работает вся эта система, — смесь современного и нарочито архаичного, аналогового.

Иногда это остроумно, иногда не очень, но «Уику», как и Уику, в конечном итоге с рук сходит решительно все — просто потому, что он классный. В этом фильме есть герой, и у этого героя есть занятие — а больше ничего и не нужно. Когда Джон начинает двигаться через очередную толпу, оставляя за собой горы трупов, или сходится с особо заслуженными противниками в единоборстве, вопрос, зачем мы здесь собрались, немедленно отпадает — вот как раз для этого. Стахелски знает золотое правило — поменьше монтажа — и умеет выбирать декорации: музей, метро, дискотека (повторение на бис хита из первой части).

По сути, «Джон Уик» — мюзикл, и все его  действие прямо подчинено этим бессловесным, но драматургически безупречным эпизодам, в которых соединяются свет, музыка и, разумеется, хореография. Заученные до автоматизма движения повторяются вновь и вновь: герой мягко падает, перебрасывая через себя врагов, выламывает руки, перезаряжает оружие, разряжает его — и смотреть на это можно бесконечно, как на балет или фигурное катание. Контрольный в голову или сердце — как полупоклон или отмашка рукой после удачно выполненного элемента. Сколько их тут? Никак не меньше сотни. И, судя по сюрреалистическому финалу, это еще далеко не предел.

 

Станислав Зельвенский, "Афиша".

Фотоальбом

Комментарии


Оставить комментарий:


Символом * отмечены поля, обязательные для заполнения.
Разработка и поддержка сайта УИТ СПбГМТУ                 Copyright © 2006-2017. ПФК. All rights reserved.