История создания
 Структура
 Организационные    принципы
 Персоналии
 СМИ о ПФК
 Кинопроцесс
 Мероприятия
 Статьи и проекты
 Премия ПФК
 Лауреаты
 Контакты
 Фотоальбом



  Он построил сам себя  

Все художественные фильмы Говорухина вызывали у меня устойчивую симпатию, решительно все. Мне было понятно устройство его личности, сочетавшей несомненный ум с удивительной наивностью, – у меня папа был такой же. Эти мальчики, пережившие войну (а в школе они учили немецкий – и Говорухин в картине «Так жить нельзя» с немецкими полицейскими свободно разговаривает), сохраняли мечту о дивном ясном мире. Где есть «плохие парни» – и «хорошие парни». Где должна существовать олицетворённая справедливость, женщины прекрасны и милосердны, культура – это блаженство, а любовь… она и есть любовь. Где есть море! Оно плещется во множестве фильмов Говорухина. Не море, так горы – правильный мужчина всегда найдёт, где стать свободным и счастливым. А если тебя вытащат из укромного уголка, где ты тихо счастлив, и запредельно унизят (как дедушку – «ворошиловского стрелка», которого судьба вытаскивает из маленького собственного домика), ты имеешь право взять ружьё и восстановить справедливость.

Помню, как на «Кинотавре», где показывали в 1999 году «Ворошиловского стрелка», все критики вышли с перекошенными физиономиями, их распирала ненависть. Я ничего не могла понять – это же вечная история, могла когда угодно и где угодно произойти. Месть за близкого хорошо разработана (это экранизация повести   замечательного писателя Виктора Пронина «Женщина по средам»), отлично сыграна. Но тут была какая-то принципиальная несовместимость миров – и мир критиков буквально отторгал мир Говорухина. И так было всегда – режиссёр к этой ситуации как-то приспособился, закрылся наглухо, выстроил пуленепробиваемый фасад, с этой его трубочкой, невозмутимой капитанской осанкой, мрачным видом, вечными шахматами на фестивалях. Что называется, отпугивал грызунов ультразвуком. А человек-то за фасадом был артистичный, лёгкий, остроумный, полный чувств, исключительно живой.

Но Говорухин вынужден был защищать свой дивный ясный мир от злобных грязных лап. Только раскройся – и тут же не станет у тебя ни «хороших парней», ни прекрасных женщин, ни справедливости, ни любви, ни культуры, всё отберут – даже горы и море. На книжки твои любимые, на Твена, Дефо, Стивенсона, Жюля Верна, Станюковича, наплюют и нагадят, обзовут «вторым сортом». (Станюковича я из-за него прочла – утверждал Станислав Сергеевич, что из всей «морской» литературы он лучший. И вправду так. Говорухин и вообще был книгочей маниакальный, с исключительным чувством слова – от этого и сценарий «Конца прекрасной эпохи» по Довлатову сделан просто ювелирно...)

Мы познакомились в 2004 году, когда я приехала в Московский театр «Школа современной пьесы» на авторскую читку своего сочинения «Па-де-де». Говорухин, по наущению И. Райхельгауза, взялся пьесу поставить. Я, в полной панике, еле-еле прочла две новеллы, суровый капитанский вид Говорухина меня ужасал, свой текст я разбирала с трудом. Видя моё смятение, добрый к женщинам режиссёр третью новеллу прочёл сам. Но как великолепно! Я стала смеяться вместе с труппой. С ним обнаружилось, что в тексте есть юмор, лёгкость, живые отношения и характеры, – вот что значит настоящий артист. А он, с его минималистской мимикой и напускной строгостью, артист был идеальный. Правда, частенько игрывал всё больше начальников: генералов, комдивов. Но это уж такая судьба у всех наших красиво стареющих артистов – их до слёз мало. Говорухин старел красиво. Властно держал образ мужчины, отвечающего за всё. Представляю, как его обожали женщины! Во время репетиций «Па-де-де» Говорухин ходил обедать в ресторан неподалёку от театра и брал с собой не менее трёх женщин, занятых в спектакле, и меня заодно. Прямо как у Чехова – «человек был старой закалки, без дам не обедал». Обязательно не то что советовал – а просто приказывал, что именно из меню надо брать. Платил за всех, и на одну начинающую феминистку, потянувшуюся за кошельком, посмотрел фирменным «медным взглядом»… Наверное, мы казались ему существами, которых обязательно надо опекать, а мы до такой тоски от этого отвыкли! Как-то он сказал мне, прочтя одну мою книжку: «И вот эта твоя телега, что женщины лучше мужчин… это правда». Я нигде не утверждала, что женщины лучше мужчин, это была некая внутренняя история Станислава Сергеевича. Потому что с начала нового века он стал упорно воспевать женщин. Они и прежде были в его кинематографе прелестно идеализированы – скажем, Гурченко в «Белом взрыве», картине 1969 года (Людмила Марковна потом утверждала, что она с «Карнавальной ночи» ничего не играла, но это неправда, играла она и в 1960-х). Или Н. Данилова в «Месте встречи».

Но всё-таки режиссёр прежде всего любил поэтику мужских компаний, мужского братства. А тут одна картина за другой: «Благословите женщину», «В стиле jazz», «Артистка». Такое волшебное скопление прекрасных дам! Но он бежал от смутного, грязного и сложного мира. Хватило ему разборок с действительностью периода 1989–1994 годов, когда он снимал насчёт «так жить нельзя». Так нельзя, а как надо? Где оно, «море внутри»? Нашёл его Говорухин в женщинах, которые терпеливо ждут, любят, пекутся о детях, страдают, верят. Пусть другие (как, например, А. Звягинцев) лихо оспаривают идеализацию нашей женщины. А Говорухин искал и воплощал свой ясный мир. Что в поисках такого мира он вполне мог, как выражался принц Гамлет, принять цаплю за сокола – вполне вероятно. Но я понимаю насущную необходимость таких поисков. Те же самые критики, ненавидящие Говорухина, выстраивали путём идеализации собственный «ясный мир», просто с другими кумирами...

То, что жизнь Говорухина не была безмятежной, достаточно известно (ушёл из жизни его сын Сергей Говорухин). И уж конечно, нелегко дался режиссёру переезд в Москву из некогда любимой Одессы. Морской человек, остался он без моря… Говорухин казался со стороны могучим и неколебимым, но таких людей вообще нет на свете. Он вот решил отвечать за жизнь – и старался отвечать, считая искусство явлением, которое поддерживает человека, а не добивает его. Убегал в литературу, в живопись – писал превосходные пейзажи, будучи самоучкой. И уже потеряв в новые времена многомиллионную аудиторию,   совершенствовал своё режиссёрское мастерство в изысканных чёрнобелых фильмах – «Weekend», «Не хлебом единым», «Конец прекрасной эпохи», с виртуозной игрой света и блистательными актёрскими работами. Но какая там сегодня «игра света», когда зрители елееле втыкаются в сюжет и, что такое «искусство кино», вообще понимают мало. Возможно, фильмы Говорухина ещё найдут своего зрителя в будущем, когда идиотское мычание типа «продался властям! депутат!» и прочие испражнения станут историческим казусом. Тем более большинство картин прекрасно смотрятся и сегодня. Я вот пересмотрела с удовольствием и «Белый взрыв», и «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо» – эту трогательную сагу об одиночестве хорошего сильного мужчины…

Говорухин совсем не был идеален. Но он обладал настоящим, властным чувством идеального. Любил его. Любил сильных, смелых, отважных, любящих, доблестных. Один из немногих, кто понастоящему уважал В. Высоцкого, заветного своего героя. Построил сам себя из подручных материалов во «времена, которые не выбирают». Ошибался и раскаивался. Шёл своим путём и ничьей марионеткой не был. Никогда. 

Татьяна Москвина, "Аргументы недели"

Фотоальбом
Разработка и поддержка сайта УИТ СПбГМТУ                 Copyright © 2006-2021. ПФК. All rights reserved.