История создания
 Структура
 Организационные    принципы
 Персоналии
 СМИ о ПФК
 Кинопроцесс
 Мероприятия
 Статьи и проекты
 Премия ПФК
 Лауреаты
 Контакты
 Фотоальбом



  "Майор": тварь дрожащая  

Мужик задавил на дороге человека – и что теперь делает? Коллизия более чем обычная. Кинематограф не остался в стороне. Зрители постарше помнят "Поворот" Вадима Абдрашитова по сценарию Александра Миндадзе (1978): молодой благополучный ученый (Олег Янковский) случайно при смутных обстоятельствах сбивал старушку, мучился – выкручиваться или нет и в итоге признавал вину. Десять миллионов зрителей – не кассовый хит по тем временам. Но в прессе была большая дискуссия: как следовало поступить герою, чья блестящая научная карьера и служение родине полетели в кювет из-за "никчемной старухи"?

Пару лет назад вышел фильм Антона Сиверса "Дом на обочине": там герой (в исполнении Андрея Мерзликина) наехал на "какого-то бомжа", подбросил его к больнице и укатил, но затем, как и положено, "вернулся на место преступления", стал помогать жене и сыну сбитого и в итоге ей признался. Картина осталась незамеченной (дело отнюдь не только в разнице между Абдрашитовым и Сиверсом). Моральные, извините, уроки, которые пытаются преподать обществу такого рода фильмы (о чем уже почти неприлично и говорить), нынче падают в пустоту: зрители массово заняты спецэффектами, критика – художественным, пресса – звездами и наградами, а "госкино" – подсчетом собранных рублей. Кого волнуют душевный рост или деградация публики?

Быков подает тему в самом жестком сюжетно и безжалостном к зрителю варианте. В отличие от упомянутых картин, его герой задавил ребенка. То есть, никакой фашистской лазейки для души – мол, старухе все равно помирать, а бомж ведь малоценен для семьи и общества – нет. Более того, виновник трагедии оказывается майором полиции, а значит, мало кто из наших современников-соотечественников будет заранее на его стороне. Вспомните весь поток не сериалов, а фильмов о ментах (не писать же и вправду: полицаи) и гаишниках (дэпээсниках, гибэдэдэшниках) – жутчайшая встает картина.

При этом важно отметить, что некий пик экранного отвращения к нашим повседневным защитникам, похоже, миновал. После серьезных картин Балабанова, Мизгирева, Лозницы и других трудно сделать фигуру человека в полицейских погонах еще более демонической и мерзопакостной. Быков возвращает этим людям их бытовые черты, отчего реализм усиливается, одновременно гася и увеличивая наш страх перед ними и самой, как ни горько-иронично это звучит, правоохранительной системой.

Раз они – такие же люди, как мы, значит, от них можно ожидать адекватных человеческих действий. Но фильм "Майор" элементарно доказывает: ожидать нельзя, ибо эти люди – часть силы, подчиняющей себе их поведение. И это не сила десяти заповедей – нравственный закон, выработанный христианским миром. И не сила нормального закона цивилизованного социума: преступник должен понести наказание, его меру определит независимый суд. Это система корпоративной покорности, восходящая к общинному укладу, к первобытному строю.

Сам Быков говорил на премьере в Петербурге о кланах. О том, что в России именно так построено общество, и его авторская задача была – показать "доктрину выживаемости в этой стране: полное пренебрежение интересами людей, которые не входят в твой клан. У членов клана нет понятий хорошего и плохого, есть только целесообразность и нецелесообразность".

Мотивировки – корпорации, шайки, клана, семьи – неважны, они всегда найдутся; об этом снято множество фильмов. Быков показывает частный случай: родную нашу полицию. Она не умеет действовать неагрессивно и умно. Вот и получается, что в попытке отмазать от наказания майора его товарищи и начальник создают огромную воронку зла, которая засасывает в себя одного невинного ни в чем человека за другим, убивая их. О прегрешивших уж не говорю.

Еще существеннее другое: каждый из нас от искушения выглядеть невиновным – спастись от наказания – ушел недалеко. Вот откуда авторская безжалостность к зрителю. Редкий человек способен пренебречь своим благополучием и самой жизнью ввиду трагических обстоятельств. Особенно тогда, когда нет явного поощрительного позыва (например, ситуация войны – и ты таранишь вражеский самолет), а твоя жизнь ломается случайно и несправедливо. Кто осудит принуждаемого к убийству угрозой собственной смерти? А угрозой смерти его жены и ребенка? То-то и оно.

Вот, как говорится, и черта. Жизнь – за жизнь, а не за продолжение карьеры или иное материальное благополучие. Приходится признать: человечество, по сути, пребывает в допотопных временах. Закон самосохранения биологического тела сильнее всего. Кстати, об этом автор сценария и режиссер Юрий Быков размышляет уже второй раз. Предыдущая его картина "Жить" (2010; не путать с одноименным фильмом Василия Сигарева) была о человеке, который совершенно случайно попадал в предельную ситуацию и делался убийцей, – но там он был совсем ни в чем не виноват.

А майор – виноват. Он, ни разу до того никого не предавший, дал слабину в самый первый момент. Действовал по инстинкту, а не по уму и душе. Чем и запустил ту самую воронку зла. Целый час фильма (то есть, половину трагического дня) этот человек – буквально, тварь дрожащая – не в силах решить: страшнее обрушенное начальством будущее или муки совести? Режиссер Быков в хорошем смысле прост, честен и, если можно так сказать, классичен. Он говорит, что наказание внутри нас. Сколько бы человечество ни наблюдало доживших до глубокой старости, например, нацистских убийц, оно все равно верит: мальчики кровавые – в глазах.

Эта вера спасительна. Именно она, при всех оговорках, есть реальное достижение гуманистической культуры. Воспитанный в человеке страх за себя – не быть спокойной душе, коли чью-то жизнь поломал, – сдерживает тех, у кого есть толика воображения.

Поэтому нам так понятна дрожь майора. Его колебания – уже не между чувством и долгом (о каком долге можно говорить, если ложный долг как раз и сеет смерть вокруг), а между двумя жалостями к себе. Единожды солгавши перед собой, ты обречен, дальше будет только хуже, лучше подчиниться закону культуры, чем закону зверя.

В роли майора Сергея Соболева – Денис Шведов. Он сдержан; угрюмо-честное мужицкое лицо его героя, не вызывающего особых симпатий, провоцирует даже досаду: когда ж сообразит, что попал в ту самую воронку, уже предвидимую зрителем? Кстати, режиссер вместе с оператором, дебютантом в большом кино Кириллом Клепаловым искусно увеличивают "амплитуду" его колебаний (как и самой ситуации, что характерно для психологического триллера) постоянной сменой фокуса. В резкости то один герой, то другой, то третий, но чаще иных даже не сам майор, а его друган капитан Павел Коршунов.

И вы будете удивлены, если читаете эти заметки до просмотра картины: Коршунов и занял место в центре повествования. Этот персонаж – настоящее тупое не животное даже, а часть машины. Он выполняет приказы и соответствует "понятиям". Хладнокровно убивает сам и делает убийцами других. Почему? На этот вопрос нет ответа. Именно Павел, при буквально знаковой ясности и однозначности, самая сложная фигура в картине. У него нет личных мотивировок. Даже чувств нет. Однако у него есть лицо, которое иначе как двусмысленным и порочным не назовешь, – эдакий неглупый негодяй.

В роли Павла сам Юрий Быков. И как выяснилось на премьере, дело не в том, что режиссеру Быкову не хватило мастерства (уроженец Рязанской области, он закончил ВГИК в 2005-м как актер; режиссером стал самостоятельно; его "Начальник" в 2009-м поразил "Кинотавр" отточенностью стиля и провокационным оптимизмом: капитан ФСБ умело отстоял свою честь и спас семью, – что засвидетельствовано призом короткометражного конкурса), а человеку Быкову скромности. "Майор, – сказал автор фильма, – лишь обстоятельство. А содержание картины – как раз в реакции на это обстоятельство всех окружающих".

Вот здесь, на мой взгляд, и спрятался драматургический просчет фильма. Он полон точных деталей, правильно "сух" композиционно, имеет весьма качественные актерские работы (кроме упомянутых, заняты Ирина Низина, Илья Исаев, Кирилл Полухин, Дмитрий Куличков, Борис Невзоров), эмоционально силен, однако остается всего лишь случаем из жизни сегодняшнего отечественного кино. В подлинное событие не перерастает. Если человек с его мучениями совести лишь наживка для демонстрации власти неразвитого социума, то Достоевским тут и не пахнет.

И значит, признали одно за другое и в Канне, где фильм был показан в "Неделе критики", и в Шанхае, где "Майора" наградили трижды: за лучший фильм, лучшую режиссуру и лучшую музыку (написал сам Быков, и она запоминается), и в Вологде, где отметили за лучшую операторскую работу и выдали даже приз зрительских симпатий. И только "Кинотавр" распознал преобладание конструкции, пусть и весьма ловкой, над неглубокой сутью.

Более того. Если человек не цель, а средство, то значит, автор действует и соображает симметрично тому порядку вещей, с которым – внешне – борется.

Осталось сказать, что прокатывать картину взялась компания Bazelevs Тимура Бекмамбетова, который знает толк в коммерческом успехе. Говорят о двухстах копиях. Если доживем, то еще через тридцать пять лет посмотрим на развитие сюжета. И общества.

Ольга Шервуд, www.yuga.ru

Фотоальбом

Комментарии


Оставить комментарий:


Символом * отмечены поля, обязательные для заполнения.
Разработка и поддержка сайта УИТ СПбГМТУ                 Copyright © 2006-2017. ПФК. All rights reserved.