История создания
 Структура
 Организационные    принципы
 Персоналии
 СМИ о ПФК
 Кинопроцесс
 Мероприятия
 Статьи и проекты
 Премия ПФК
 Лауреаты
 Контакты
 Фотоальбом



  Блокадный киносеанс  

В канун 70-летия снятия блокады Ленинграда предоставляем слово одному из старейших киноведов нашего города и ПФК - Вадиму Олеговичу Брусянину ( материал о нем см. в публикации от 26 мая 2012 года).
 

Заметки подростка из осажденного Ленинграда

Эти воспоминания — о том удивительном времени и о героических людях, которые в пору невиданных испытаний в нечеловеческих условиях продолжали «крутить» кино жителям блокадного города.

Кинотеатры не работали лишь месяц

Все 900 блокадных дней я был в Ленинграде: эвакуироваться в Красноярский край мои мама и бабушка отказались — положились на судьбу. Да и кто мог летом 41-го предвидеть, что нас ожидает? Мы очень голодали. У всех троих была дистрофия 1-й степени. Бабушка не вынесла этих мучений и умерла на моих глазах 3 апреля 1942-го — как когда-то, в 1919-м, скончался от голода и сыпного тифа ее муж и мой дед, известный в начале ХХ века писатель Василий Васильевич Брусянин. А вот маму спас стационар, в который ее поместили в самом конце декабря 1942-го, меня — детский дом на Стремянной улице, куда меня привели добрые люди 1 января 43-го.

Помню нескончаемые очереди за продуктами — какое-то время они еще были: их отоваривали по карточкам. Когда не стало и продуктов, мама ходила со мной на «черный рынок» и там с рук мы покупали свалявшийся с землей, в комьях, творог, а также столярный клей, жмыхи от растительного масла — дуранду, иногда — если очень повезет! — и хлеб. С большой стеклянной банкой я отправлялся за хвойной и фруктовой водой — от цинги! — в магазин на Невском, рядом с кинотеатром «Колизей»… А мама работала старшим кассиром в кинотеатре «Совет» на Суворовском проспекте. Так во время блокады кино вошло в мою жизнь…

…В осажденном городе оно было, наверное, так же непостижимо, как и премьера Седьмой «Ленинградской» симфонии Шостаковича в Большом зале Филармонии, как спектакли Театра музкомедии на сцене Александринского и Блокадного театра — в здании «Пассажа». Выходили на экраны новые фильмы, в витринах выставлялась их реклама, и залы заполняли изможденные, вечно мерзшие, изголодавшиеся горожане, да еще приезжавшие в командировку военные. Был лишь один месяц тяжелейшей, очень морозной и суровой блокадной зимы — январь 42-го, когда все кинотеатры были закрыты. Но постепенно они снова начинали работать. Всего их было 20. Лишь один кинотеатр — «Олимпия» — на Международном, а ныне Московском проспекте был разрушен до основания во время авиационного налета.

Антракт на бомбежку

Для нас, блокадников, кино, как и метроном ленинградского радио, было подтверждением тому, что мы — живы! Кинотеатры не отапливались, не хватало электроэнергии, умирали от дистрофии киномеханики, контролеры, кассиры. И все же фильмы шли! Сеансы часто прерывались воем сирены — начинались бомбежка или артиллерийский обстрел. Зрители спускались в бомбоубежище, но, как только раздавались звуки отбоя, люди возвращались и продолжали смотреть картину.

Хорошо помню, как в «Художественном» я смотрел «Маскарад». Этот фильм был закончен на «Ленфильме» Сергеем Герасимовым в день начала войны — 22 июня 1941 года — и той же осенью вышел на экраны. Враг сжимал кольцо вокруг города, а в зале нам показывали драму Лермонтова: Арбенин обличал в измене жену Нину, и плели интриги баронесса Штраль и князь Звездич. Казалось, что до этого было ленинградцам накануне невиданных испытаний? Но они не уходили, чувствуя сопричастность к этому давнему поединку чести и коварства, и как-то особенно ощущали себя преемниками великой культуры, которая не может быть уничтоженной. Зрители-блокадники завороженно смотрели на экран и видели свою любимицу по довоенным лентам Тамару Макарову — все это было словно посланием из той, мирной жизни.

Именно в блокадные дни впервые появилась в прокате комедия «Антон Иванович сердится» Александра Ивановского. Позднее вышла «Свинарка и пастух» Ивана Пырьева, и я убежден, что ни в какое другое время эти ленты не принимались бы с такой благодарностью — без них люди закостенели бы в думах о своих лишениях, и голод доконал бы нас… Мы, дети, продолжали учиться. Чтобы не подвергать опасности погибнуть под развалинами, нас, второклассников 32-й школы, перевели заниматься в подвал дома напротив. В стужу сидели на уроках, не раздеваясь, чернила в «невыливайках» замерзали, и все-таки весной 42-го мы все получили табели с отличными оценками. И продолжали ходить в кино!

Фильмы, которые помогли выжить

Я благодаря маме умудрялся бесплатно проводить на фильмы своих товарищей. По несколько раз смотрели только что появившиеся картины «Радуга», «Она защищает Родину», «Секретарь райкома», «Новые похождения Швейка», «Машенька», «Антоша Рыбкин», «Нашествие», «Человек номер 217», «Во имя Родины», «Парень из нашего города», «Воздушный извозчик», «Два бойца», «Жди меня», «Неуловимый Ян», «Малахов курган», «Подводная лодка Т-9», «Жила-была одна девочка», «Большая земля». Многое значил для нашего города фильм «Ленинград в борьбе»: его премьера состоялась 9 июля 1942 года. Я не оговорился: это была именно премьера документальной ленты, созданной мужеством фронтовых кинооператоров. Фильм о ленинградцах был обращен к каждому ленинградцу, помогал верить в победу, призывал к стойкости.

11 декабря 1943 года «Ленинградская правда» напечатала очередную информацию о фильмах, которые можно было увидеть в кинотеатрах города: например, «Жди меня» — в «Октябре», «Художественном», «Баррикаде» и «Спартаке», «Георгий Саакадзе» — в «Совете», «Неуловимый Ян» — в «Гиганте», «Пышка» — в «Эдисоне», «Вратарь» — в «Звездочке», «Она защищает Родину» — в «Колоссе». До начала игрового фильма все мы смотрели кинохронику с мест боевых событий, и эти десятиминутные выпуски тоже приближали День Победы.

Второй фронт открыли в кинозале

И еще были американские фильмы. Они тоже помогали нам жить! «Серенада Солнечной долины» с музыкой Гленна Миллера, «Сестра его дворецкого» и «Весенний вальс» — с Диной Дурбин, в «Песне о России» мы впервые увидели Роберта Тэйлора, смотрели «Северную звезду» и «Миссию в Москву», восхищались очаровательным диснеевским «Бэмби». По-прежнему шел в кинотеатрах выпущенный перед самым началом войны «Большой вальс» с Милицей Корьюс — Карлой Доннер: о нем, уже в мирные годы, многие вспоминали как о великом фильме, вскружившем головы всем советским людям, до того не видевшим такого кино, и навсегда сохранившемся в их памяти. Помимо газеты «Британский союзник», нам перепадало и английское кино: «Леди Гамильтон», «Джордж из Динки-джаза», «Повесть о затонувшем корабле». В «Рот-Фронте», после войны ставшем центральным детским кинотеатром «Родина», показывали присланных из Великобритании «Багдадского вора», «Джунгли» и «Маленького погонщика слонов», и все с юным исполнителем главных ролей по имени Сабу.

Подвиг киномехаников

В блокадном городе кино было больше, чем кино!

Вы только представьте себе, какое требовалось мужество, чтобы показывать фильмы! Как через весь город тащили на себе коробки с ними тогдашние киномеханики-женщины. Им, истощенным, еле двигавшимся, приходилось преодолевать поистине героический путь по заледенелым, заваленным сугробами улицам с кинобазы из самого центра города, на Владимирском проспекте, в свои кинотеатры. Кто-то из них падал, обессиленный, кто-то был сражен разорвавшимся рядом снарядом, но — вопреки всему! — фильмы доставлялись, по скользким лестницам поднимались в аппаратную, заряжались в кинопроектор, волшебный луч вспарывал темноту зала, и зажигался экран…

Посмотрев фильм, зрители из неотапливаемого, промерзшего кинотеатра возвращались домой. В промороженные комнаты, в которых центральное место занимала буржуйка с выведенной в окно железной трубой: она была ненасытной, пожирала огромное количество щепок и тепло давала, только пока топилась. К ночи снова воцарялась стужа, и спали мы, накрывшись всем, чем возможно. Вечером и ночью мы очень боялись ясного звездного неба — оно предвещало очередной авианалет. Когда начинало темнеть, сидели при свете коптилок, читали книги и жевали драгоценные кусочки хлеба: в булочных, выкупая по карточкам свои 125 блокадных грамм, ленинградцы обычно просили продавщиц резать буханку вдоль — дома делили этот паек на аккуратные ломтики, и нам казалось, что хлеба получается больше. Днем запасались водой: мне очень повезло — колонка стояла в соседнем дворе, на Пушкинской, 9. Слава богу, не нужно было ходить к полынье на Фонтанку и уж тем более к Неве.

Победу показали на полгода раньше

А меня спасла от голодной смерти наша управдом Наталия Михайловна Королева (она жила на нашей лестнице), и случилось это в ночь под Новый 1943 год. Я оставался в квартире один. Помню, по случаю праздника вдруг зажегся свет: какой же страшной, запущенной, закопченной увидел я свою комнату. И спустился на первый этаж — попросил у этой женщины разрешения не быть одному 31 декабря. Я был вымыт и накормлен, а утром мне вручили 30 рублей и повели пешком на Красную улицу, в детский приемник-распределитель. Оттуда я отправился в детский дом.

Все знали: Победа не за горами, но кто мог назвать тот долгожданный день? И вот, наконец, он настал. Благодаря кино. Еще шли бои, а на улицах появились деревянные щиты, возвещавшие о скором выходе на экраны нового фильма режиссера Ивана Пырьева «В шесть часов вечера после войны» с Мариной Ладыниной, Евгением Самойловым и Иваном Любезновым в главных ролях. Кинотеатры впервые показали его 16 ноября 1944 года. До окончания Великой Отечественной оставалось более полугода…

 

Блокадный киносеанс протяженностью в 900 дней завершился!

Вадим Брусянин, "МК в Питере"

Фотоальбом

Комментарии


Оставить комментарий:


Символом * отмечены поля, обязательные для заполнения.
Copyright © 2006-2017. ПФК. All rights reserved.